Пресс-релиз

В 1917 году исполняется сто лет со дня последней выставки объединения «Бубновый валет», хотя в 1916 году объединение покинули отцы-основатели И. Машков, П. Кончаловский, А. Лентулов… и объединение фактически прекратило свое существование. Насколько востребованы идеи валетов здесь и сейчас? Каковы пространственно-временные границы влияния такого явления как «Бубновый валет» и множество других вопросов поставила выставка «Г. Вяткин и П. Зверховский в проекте «Бубновый валет. Постскриптум» прошедшая в 2012 году в Волгоградском музее изобразительных искусств им. И. И. Машкова.

Выставка была создана по инициативе Благотворительного фонда «7ветров» при участии ВМИИ и вызвала большой интерес у зрителей и специалистов. Тогда же начались переговоры Саратовского музея и Фонда о возможности проведения такой выставке в Саратове, с привлечением работ саратовского музея. Но к моменту реализации проекта, мы столкнулись с неразрешимым противоречием двух основных музейных заповедей – хранить и пропагандировать, что впрочем, носит вполне объяснимый и объективный характер. Решив не отказываться от идеи, мы перевели основную нагрузку диалога в другой формат, создав видеоинсталляцию, которая служит своеобразным прологом и эпилогом выставки, задает вектор общения с современными работами двух старейших волгоградских художников Глеба Вяткина и Петра Зверховского, произведения которых сегодня находятся в музейных и частных собраниях в России и за рубежом.

Признанное во всем мире русское искусство начинается там, где для многих наших зрителей оно до сих пор, увы заканчивается. Это касается как работ русского авангарда, так и современных работ. А пластические идеи эти, как мы можем убедиться на выставке, живут и развиваются на протяжении века. Почему именно эти два художника стали фигурантами диалога? Есть формальная логика событий. Вяткин и Зверховский — наследники по прямой: ученики Г. А. Савинова, в свою очередь, одного из лучших учеников А. А. Осмеркина, ученика и соратника И. И. Машкова по «Бубновому валету». Однако, и у Осмеркина, и у Савинова учеников было немало. Но… званных много — избранных мало. В реальной практике их пути часто расходились. «Бубновый валет» в истории русского искусства ассоциируется прежде всего с брутальными, пастозно написанными бравурными работами, и в этом смысле трудно найти что-либо более противоположное, чем творчество Вяткина и Зверховского. Хотя само объединение «Бубновый валет» было общностью очень разных индивидуальностей. Таких, скажем, как И. Машков и Фальк, А. Лентулов и А. Куприн. Кроме того каждый из них прошел большой эволюционный путь. И здесь уместно говорить о взаимодействии творчества Вяткина и Зверховского со всей многообразной палитрой бубнововалетского наследия. Вяткин и Зверховский не оглядываются на валетов, они просто смотрят в одну с ними сторону. Ставят сходные вопросы, обращаясь часто к одним и тем же мотивам и истокам, решают сходные задачи такого самостоятельного организма как картина, скорректированные временными эманациями, но неизменно истекающими из иманнентно-живописных закономерностей формообразования. Бубнововалетцы открыто афишируют свою связь с западной традицией. Они обращаются к урокам Сезанна, осваивают язык кубизма, фовизма, что читается даже тогда, когда истоком вдохновения служит наивное русское искусство. Насильственно прерванная в начале 30-х годов модернистская традиция привела к десятилетиям выпадения из культурной истории. И наверстывая упущенный историзм. Вяткин и Зверховский в середине ХХ-го века по сути решали ту же задачу, что и валеты в начале века. Г. Вяткин и П. Зверховский, ощущая потребность реинтеграции художника в культурную историю, формулируют свою персональную программу как необходимость обращения к тому вкусовому полю, пример которого дала мощная художественная культура Парижа начала ХХ-го века.

Ориентир, сформированный школой, восходящей в своей основе к «Бубновому валету». Не много в нашем искусстве найдется художников, которые бы с середины ХХ века столь последовательно развивали и обогащали позиции сезаннизма, кубизма, фовизма, демонстрируя неисчерпаемость пластических возможностей данной традиции, создавая свою цветопластическую версию мира. Самое главное, что роднит художников двух эпох — отношение к живописи, которая является главным сюжетом их картин, основным носителем образа, живопись говорящая собственным языком, понятая как искусство цветопластических проблем, через решения которых реализуется взаимодействие художника и мира.

Искусствовед Яхонтова Любовь Аркадьевна

Открытие

В пятницу, 7 октября, в Саратовском государственном художественном музее имени Радищева (ул. Первомайская д.75) впервые были представлены работы волгоградских художников Глеба Вяткина и Петра Зверховского.

Проект членов Союза художников России, чьи работы широко известны как в России, так и за рубежом, называется «Виртуальные диалоги». Его суть образно выражена в названии: две моно-экспозиции как бы вступают в диалог друг с другом.

Прологом и эпилогом новой выставки стала видеоинсталляция, которая отразила суть «Виртуальных диалогов», сопоставив работы художников объединения «Бубновый валет» из собрания саратовского музея и произведений П. Зверховского и Г. Вяткина.

  • virt-dialog-otrk-02
  • virt-dialog-otrk-03
  • virt-dialog-otrk-04
  • virt-dialog-otrk-05
  • virt-dialog-otrk-06
  • virt-dialog-otrk-07
  • virt-dialog-otrk-08
  • virt-dialog-otrk-09
  • virt-dialog-otrk-10
  • virt-dialog-otrk-11
  • virt-dialog-otrk-12
  • virt-dialog-otrk-13
  • virt-dialog-otrk-14
  • virt-dialog-otrk-15
  • virt-dialog-otrk-16
  • virt-dialog-otrk-17
  • virt-dialog-otrk-18
  • virt-dialog-otrk-19
  • virt-dialog-otrk-20
  • virt-dialog-otrk-21
  • virt-dialog-otrk-22