Компьютер учится у маэстро Зверховского

Уникальная компьютерная программа Caedmon совершенствует технику создания живописных произведений, обучаясь у известных художников со всего мира. В том числе и у Петра Зверховского, известного мастера из Волгограда.

К тому, что реальная жизнь опережает самую безудержную фантазию, мы уже начинаем привыкать. Не фантастика ли сам факт: в октябре нынешнего года картина, созданная искусственным интеллектом, на аукционе Christie's ушла за 432,5 тыс. долларов. «Портрет Эдмонда Белами» стал первой «компьютерной» картиной, проданной на аукционе. Её авторы – программисты из Франции – разработали алгоритм, с помощью которого компьютер создал оригинальное произведение на основе полотен известных живописцев.

«Портрет Эдмонда Белами» «Портрет Эдмонда Белами»

Итак, компьютеры начинают вторгаться в исконно «человеческую» область интересов – в творческие процессы. Но первые шаги на этом пути сделаны были еще в 70-е годы, когда программист и художник Гарольд Коэн, профессор Калифорнийского университета, приступил к работе над проектом AARON, целью которого было создание робота, способного писать картины.

Коэн начал с того, что создал набор инструкций, основанных на действиях человека, изображающего те или иные объекты. Машина работала с красками и холстом, а затем и в цифровом формате. В 80-х AARON научился визуализировать предметы в 3D, а в 90-х — использовать разные цвета и их оттенки. Эти произведения сегодня являются достоянием коллекционеров. Впрочем, хоть этой машине по силам создавать изображения без помощи человека и каких-либо заготовок, плоды ее творчества выглядят весьма примитивно. AARON может изображать объекты всего лишь нескольких типов либо несложные абстрактные композиции.

Программист и художник Гарольд КоэнПрограммист и художник Гарольд Коэн

Но мощности компьютерной техники растут стремительно. Системы искусственного интеллекта на основе нейронных сетей оперируют с гигантскими объёмами информации, которые постоянно увеличиваются, получая мультимедийный и текстовой контент от разнообразных источников. Алгоритмы машинного обучения ищут закономерности в полученных данных и интерпретируют их. Именно так человек через новый опыт познает мир.

Сравним это с искусством приготовления хорошего коктейля: смешайте знакомые напитки в определённых пропорциях и получите новый необычный вкус. А что получится, если взять произведение искусства и добавить к нему возможности искусственного интеллекта… Останется ли в сухом остатке собственно искусство?

На этот вопрос сегодня пытается ответить Маурицио Фузилло (Maurizio Fusillo), автор программы «Кэдмон – машина, которая мечтает о живописи». Алгоритм создания художественного образа формируется с использованием базы данных, состоящей из многих тысяч картин, которые хранятся в памяти компьютера и непрерывно пополняются кураторами программы с учётом самобытности живописцев.
Для участия в данном эксперименте были отобраны три картины Петра Зверховского – это натюрморты с изображением музыкальных инструментов (гитара, мандолина) и предметов на столе (ваз с фруктами, светильниками, бутылями и кувшинами). На их основе «Кэдмон» создал свои произведения. Что получилось, вы можете видеть и оценить сами.

Сайт проекта Сaedmon (www.caedmon.it)Сайт проекта Сaedmon (www.caedmon.it)

Заметьте, что копировать визуальный стиль художника задача не ставилась. Такой опыт, кстати, уже был, когда машине дали изучить творчество Рембрандта. В результате получился портрет «белого мужчины с бородой, в возрасте от 30 до 40 лет, в темных одеждах с пышным воротником, в шляпе». По сути, получилась «новая картина Рембрандта» – результат совмещения практически всех написанных им портретов.

Но вернемся к «Кэдмону». Автор программы Маурицио Фузилло говорит: «Кэдмон – мое создание, потому что я наделил его способностью концептуального творчества. Но сейчас я просто зритель, как и вы. Я не могу считать себя экспертом в области визуального искусства, но скажу, что нахожу часть его творений гораздо более интересной из многого того, что приходится видеть сегодня у некоторых художников. Являясь приверженцем академического образования, я не очень-то доверяю «гениям-самоучкам». Если вы откроете хорошую книгу по истории искусств, то увидите, что любое новое направление в искусстве в ретроспективе имеет определённую базу. Даже если вы хотите восстать против чего-то, все равно нужно изучить, исследовать и понять, против чего вы хотите пойти. Моя задача – научить машину экстраполировать своего рода «днк» существующих произведений в нечто новое. В этом процессе обучения «Кэдмон» сейчас и находится. Оценивать то, что он делает, конечно, людям. Но это – мнение людей, вкусы, мода – гораздо более сложная и непредсказуемая вещь».