Закон о налоговых льготах меценатам

Совет Федерации на пленарном заседании 23 ноября 2018 года одобрил закон о налоговых льготах меценатам — как гражданам, так и организациям,— оказавшим финансовую поддержку учреждениям культуры.
«Законом предусмотрено предоставление физическим лицам, которые осуществляют пожертвования на формирование целевого капитала в целях поддержки государственных и муниципальных учреждений культуры, а также некоммерческих организаций, социального налогового вычета в размер до 30% от суммы дохода, который получен в налоговом периоде и подлежит налогообложению»,— говорится в заключении профильного комитета СФ по бюджету и финансовым рынкам.

Организации также смогут получить налоговый вычет. «Закон предусматривает возможность уменьшения для отдельных категорий налогоплательщиков налога на прибыль организаций на сумму инвестиционного налогового вычета, — говорится в документе. — Это вычет не должен быть более 100% сумм расходов в виде пожертвования указанным учреждениям культуры и некоммерческим организациям».
В тексте закона прописано, что регионы вправе определить категории учреждений, некоммерческих организаций и фондов, пожертвования которым могут быть приняты к вычету.
Таким путем государство пытается привлечь в эту область финансирование из внебюджетных источников, что вовсе не удивительно в условиях, когда «культурные» расходы самого бюджета неуклонно тают.Документ блуждал по коридорам власти с 2015 года и был принят Госдумой РФ в день открытия VII Санкт-Петербургского международного культурного форума. Конечно, день был выбран не случайно. Мероприятие по своему масштабу вполне сопоставимо с экономическим форумом. В нем традиционно участвует и президент РФ Владимир Путин, а ключевой темой в этом году стал как раз вопрос о меценатстве.


Далее мы предлагаем вашему вниманию сокращенную версию статьи Екатерины Трофимовой, обозревателя интернет-газеты «Ридус» – под заголовком «Где взять деньги на культуру, когда у государства их становится все меньше» – от 20 ноября 2018 года.

В одной лодке

Проблема эта хорошо знакома и развитым странам. С сокращением государственных ассигнований сталкиваются даже такие культовые заведения, как Лувр. В 2017 году знаменитый музей потратил 247 млн евро. Из них менее половины (41%) поступило из французской казны, остальное — собственные средства, в том числе частные пожертвования. Спонсоры дали в общей сложности 19 млн евро. И это второй по величине источник доходов после продажи билетов (она принесла 57 млн евро).
Сегодня перед Лувром, как и перед множеством других учреждений культуры по всему миру, стоит задача увеличить поток денежных средств из внебюджетных источников. Причем действовать приходится в условиях крайне конкурентной среды, рассказал директор департамента по связям с партнерами и меценатами Лувра Ян Ле Туэ в ходе дискуссии «Меценатство будущего: лучшие практики и эффективные механизмы государственно-частного партнерства», которая прошла в рамках Культурного форума.

В Париже огромное количество организаций культуры, а есть еще Диснейленд, всемирно известные кабаре и другие точки притяжения туристов. Борьба разгорается нешуточная, как за посетителей, так и за меценатов. Безусловно, один из главных символов французской столицы (да и всей страны в целом) находится в более выигрышном положении, но и ему не приходится почивать на лаврах. Поиском спонсоров занимается целый отдел — около 25 человек. Разработано несколько программ для разных категорий меценатов.

«У нас есть много различных инструментов для привлечения средств. Например, ежегодно мы устраиваем программу краудфандинга, в которой может принять участие любой желающий. Взносы могут быть небольшими — 5–10 евро, но в итоге собранной суммы хватает на поддержку какого-либо реставрационного проекта или приобретение нового экспоната в коллекцию музея»,поделился директор департамента по связям с партнерами и меценатами Лувра Ян Ле Туэ.

Однако в условиях экономической и политической турбулентности на первый план выходит вопрос создания стабильного источника финансирования, который обеспечит учреждению культуры постоянный доход, независимый от прихоти коммерческой фортуны, спонсоров или государства, отметили участники дискуссии. Тот же Лувр в 2015 году испытал сильный отток посетителей после терактов в Париже: снизились продажи билетов, соответственно, упала и выручка. Поэтому в последнее время все активнее развивается такой инструмент, как эндаумент-фонд.

Суть в том, что деньги, полученные в качестве пожертвования, не тратятся сразу. Из них формируется целевой капитал (эндаумент – endowment – вклад, пожертвование), и уже доход с этого капитала расходуется на конкретные проекты и программы. Во Франции, кстати, именно Лувр стал первопроходцем в этом деле. В 2009 году в Абу-Даби (ОАЭ) открылся его филиал. За право использовать всемирно известный бренд Эмираты заплатили около 400 млн евро, эти средства и легли в основу фонда.

ОПЫТ ФРАНЦИИ.
Французский опыт наиболее близок России, поскольку законы, регулирующие деятельность эндаументов, были приняты в обеих странах примерно в одно и то же время, отметила генеральный директор Благотворительного фонда Владимира Потанина Оксана Орачева. По ее словам, важно, чтобы от культурного сообщества был запрос на создание законодательных механизмов для развития подобных инструментов.
Необходимо также, чтобы правовые механизмы позволяли спонсорским средствам свободно пересекать государственные границы, добавил исполнительный директор Европейского центра фондов (Бельгия) Джерри Салол. Различие в законодательствах, по его словам, — главный барьер на пути привлечения частных пожертвований. В вопросах благотворительности существенное значение имеет доверие между теми, кто дает деньги, и теми, кто ими распоряжается, подчеркивают эксперты. Необходима полная финансовая прозрачность и ясность. Меценаты должны понимать, куда и зачем уходят их пожертвования. Кроме того, сами учреждения культуры должны учиться работать не только с архивами, документами, артефактами, но и с людьми.

ОПЫТ ВЕЛИКОБРИТАНИИ.
Даже в Великобритании, где бесплатное посещение музеев является частью государственной политики и любой желающий, включая иностранных туристов, до сих пор может свободно попасть в Британский музей и Национальную художественную галерею, ощущается недостаток бюджетного финансирования, и поиск дополнительных источников существования становится все более насущной задачей.
Ашмолеанский музей искусства и археологии при Оксфордском университете — один из старейших общедоступных музеев страны, которому в этом году исполнилось 335 лет, — зарегистрировал свой целевой капитал только в 2014 году, хотя история эндаументов в Великобритании исчисляется веками. Правда, за четыре года он смог увеличить размер фонда в три раза, а изначальная цель в 25 млн фунтов была достигнута уже весной 2018 года, на два года раньше поставленного срока.

В интервью «Ридусу» старший исполнительный директор музея Фрэнсис Уэр рассказала о том, как привлекать меценатов и как развивается этот сектор в Европе.
— Сегодня, когда многие страны сталкиваются с экономическими проблемами, все чаще поднимается вопрос о монетизации культуры. На ваш взгляд, может ли культура быть самоокупаемой? Должно ли государство финансировать культуру, или это дело меценатов?
— Я думаю, что культура должна, по крайней мере, пробовать быть самодостаточной. Должны появляться команды очень активных, энергичных менеджеров во главе с директором. Без такого предпринимательского духа культурной организации будет сложно чего-то достичь, и она не сможет должным образом привлекать финансирование.
Можно более нестандартно работать и с меценатами, например, рекламировать их символику в собственных помещениях.Но при этом я считаю, что в абсолютном порядке правительство должно поддерживать культуру. Существует уже много доказательств того, что она совершенно необходима людям и важна государству во многих отношениях: и в плане образования, и в плане развития общества, и в плане решения каких-то проблем со здоровьем, в том числе с психическим здоровьем людей.
Люди должны знать свое культурное наследие и не должны сталкиваться при знакомстве с ним с какими-то барьерами, в том числе финансовыми. Поэтому, я считаю, совершенно необходимо, чтобы правительство обеспечило бесплатный доступ к культуре для детей, пожилых людей и других уязвимых категорий граждан.
— А как в нынешних сложных экономических условиях мотивировать людей на вложения в культуру?
— Прежде всего стоит упомянуть систему налоговых льгот для лиц и компаний, которые осуществляют пожертвования музеям и другим культурным учреждениям. Например, в Великобритании есть специальная программа: если компания или какой-то отдельный человек жертвует, допустим, 100 фунтов музею, то музей получает на 20% больше от правительстват. е. уже 120 фунтов. А жертвователь при этом может эти 20%, то есть в данном случае 20 фунтов, вычесть потом из своей налоговой декларации. Эта система очень хорошо работает, и, я считаю, ее нужно развивать. В Великобритании она уже много где используется, но еще недостаточно.
Могут быть и какие-то индивидуальные преференции, то есть продвижение бренда компании или имени мецената. Для многих важно, чтобы их имя стало узнаваемым. Помимо этого меценаты приглашаются на интересные мероприятия с присутствием выдающихся людей. Такой человек становится другом руководства культурной организации, входит в близкий круг общения. Для частных персон это элемент личной самореализации, а для компании — дополнительная рекламная раскрутка своего имени.
Отличаются ли методы, схемы меценатства в разных западных странах? Какой опыт кажется вам наиболее интересным, эффективным и масштабируемым?
— Я не очень много знаю о системах пожертвований в других странах. Могу только сказать, что США очень сильно продвинулись в этом отношении. В университетах у них буквально с первого курса создается культура пожертвований. То есть, выходя из университета, человек очень хорошо осознаёт, что это — важная часть жизни, очень полезная и нужно этим заниматься — жертвовать деньги культурным учреждениям. И он, скорее всего, будет это делать.
— До недавних пор Лондон был Меккой богатых русских. Они скупали недвижимость и футбольные клубы. А как насчет вложений в культурные проекты?
— Я лично не знаю русских состоятельных людей, которые инвестировали бы в существующие учреждения культуры в Великобритании. У нас, например, таких нет. Но я знаю, что очень многие жертвователи из России любят вкладывать деньги в создание собственных коллекций, галерей, выставочных центров. Я думаю, что культура вложений в культурные учреждения со стороны русских состоятельных людей тоже постепенно зарождается.

Полный текст статьи вы можете найти по ссылке https://www.ridus.ru/news/287714